Поиск по Каменскому (Днепродзержинску) - компании, предприниматели, товары и услуги.
Знамя над городом

«Да, следует отдать должное этим русским, они разумно, со знанием дела реконструировали предприятие. Одна за другой выстроились доменные печи, вытянулись корпуса сталеплавильных и прокатных цехов, продуманно и экономно пролегли подъездные железнодорожные пути. Вот он, как на ладони, металлургический гигант, с огромными корпусами цехов, трубами, словно подпирающими облака. К сожалению, не видно дыма из этих высоких труб, не слышно паровозных гудков, гула моторов и скрежета металла, шума, присущего металлургическому заводу...»


В мертвой тишине громко жужжала одинокая муха, настойчиво поднимаясь вверх по оконному стеклу, каждый раз соскальзывая вниз, чтобы еще и еще раз попробовать вырваться на свободу.


Герману Шмундту, наконец, надоело это пронзительное жужжание. Отодвинув недописанное письмо, он поднялся с кресла и подошел к окну. Взяв с подоконника хлопушку и, уловив момент, когда муха поднялась вверх, чтобы вот-вот соскользнуть вниз, быстрым метким ударом убил ее. Можно было подумать, что Шмундт всю жизнь только и занимался мухобойством. Брезгливо бросив хлопушку на подоконник, он старательно вытер руки надушенным носовым платком. Вдруг неприятная мысль промелькнула у него в голове. А не похож ли он сам сейчас на эту несчастную одинокую муху, которую он только что прихлопнул?


Тяжело опустившись в кресло и вытерев пот, припомнил пышные проводы, устроенные ему дома перед отъездом сюда, на Советскую Украину...


«Управляющий заводом Герман Шмундт, уполномоченный фирмы «Хюттенверке» и концерна «Герман Геринг»... О, да, там, на родной земле фатерланда, это звучало громко и внушительно! Руководители фирмы крепко пожимали ему руку и, приятно улыбаясь, говорили, что возлагают на него огромные надежды, заверяли, что он повседневно будет ощущать их помощь и поддержку, что он, при своих способностях и твердом арийском характере, быстро пустит завод, сделает огромную услугу рейху, а себе — блистательную карьеру.


Где? Чем? Когда помогли они ему? Чем помогают сейчас? Вот этими длиннейшими ведомостями о произ-водственных мощностях завода? Или может вот этими аккуратно разработанными расчетами о том, сколько чугуна, стали и проката ждут они от него ежемесячно и до конца года, и каждый раз все более грозными напоминаниями, что он недопустимо затягивает пуск завода?


Помощь... От кого ее здесь ожидать? От гестапо? От шефа полиции Геллерфорта? Так они же сами никак не могут оправдаться перед своим начальством по поводу многочисленных неудач! Нет, довериться буквально некому. Один. Один в этом проклятом огромном кабинете, из окон которого укоризненно режет взгляд панорама огромного мертвого завода.


Герман Шмундт взял автоматическое перо и снова принялся за неоконченное письмо. Быстро побежали строки острых готических букв.


«Рабочая сила мало дружелюбна, нужно твердо нажимать. Как это делается, не хочу здесь распростра-няться, как-нибудь при более удобном случае расскажу. Народ здесь загадочный, как их природа, их земля. Они, словно дети, мягкие и сентиментальные, но одновременно и жестокие. Вряд ли Германии удастся проникнуть в мысли этого народа...»


Управляющий заводом откинулся в кресле и прочитал написанное. Страница письма, покрытая готическими

Шпаковский Сергей Петрович, участник освобождения города Днепродзержинска в октябре 1943 г.; за подвиг при форсировании реки Днепр у с. Аулы ему присвоено звание Героя Советского Союза.
 
буквами, показалась ему испещренной многочисленными эсэсовскими значками. О, вот эти молодчики оказались бы ему полезными! Это была бы настоящая, надежная помощь! Тон письма показался несколько хмурым, и Герман Шмундт, чтобы немного сгладить такое впечатление, детально описал свое безбедное житье-бытье в Днепродзержинске. Он точно перечислил, какие блюда ему готовят, какие вина он пьет, красочно обрисовал свое жилье и усадьбу. Но под грузом невеселых мыслей и конец письма получился мрачноватым:


«Пребывание здесь является огромным испытанием для моего терпения...»


Да, временный управляющий металлургическим заводом имени Дзержинского герр Герман Шмундт имел все Основания писать такое, мягко говоря, меланхолическое письмо. Советские люди, с которыми встретились он и иже с ним в Днепродзержинске, оказались твердыми и непреклонными в своем горячем стремлении остаться непокоренными и беспощадно бороться против гитлеровских оккупантов.


.„.Спустя два месяца после вероломного нападения на СССР, гитлеровские оккупанты ворвались в индустриальный Днепродзержинск. Первое знакомство незванных гостей с настоящими хозяевами города состоялось уже на окраине Днепродзержинска. Из окна одного из домов прогремел выстрел, и сраженный пулей немецкий офицер надменно шагавший во главе колонны своих вояк, упал на камни мостовой.)


ССразу же фашистские звери показали подлинное свое лицо. Словно разъяренные псы, бросились они в дома, прикладами автоматов выгоняли мужчин и женщин, стариков и детей на улицы и с садистским хохотом расстреливали их.


Семидесятилетний Василий Байдуж и пятнадцатилетний школьник Ваня Яровой вместе с десятками других были замучены во дворе одного из домов по Республиканской улице. Рабочий завода имени Дзержинского Михаил Цыбулько и трое его детей были расстреляны прямо в квартире, а после этого фашисты подожгли дом. Около двухсот днепродзержинцев были умерщвлены в балке, на территории колхоза имени Октябрьской революции. В Тритузнянском глиняном карьере фашистские звери растерзали двадцать человек, среди них троих подростков и двух женщин с грудными детьми.


^Гитлеровцы надеялись, что после этого город покорно ляжет к их ногам. Чтобы вселить еще больший страх, они покрыли стены домов, заборы многочисленными грозными приказами и запретами. Все они неизменно заканчивались словами «За нарушение— расстрелу.


(Но вместо ожидаемой безропотной покорности гитлеровские оккупанты встретили в Днепродзержинске! как и на всей временно захваченной ими территории, организованное сопротивление советских людей. ^Борьбой против оккупантов руководила, направляя удары в наиболее уязвимые места, подпольная городская партийная организация! В состав руководящего ядра подпольного городского комитета Коммунистической партии Украины входили: Казимир Францевич Ляудис— секретарь комитета и Федор Федорович Бендер.


Фашистское командование с первых же дней оккупации города имело намерение пустить металлургический завод имени Дзержинского и другие предприятия, заставить рабочих изготовлять продукцию для нужд фронта. Подпольная партийная организация твердо решила сорвать эти планы фашистов.

Начался неравный поединок вооруженных до зубов фашистов и мужественных, непокоренных, свободолюбивых людей, советских патриотов, которые действовали в глубоком подполье.


Фашисты из кожи вон лезли, чтобы в намеченные сроки — за 3—4 месяца пустить мартеновские печи и дать своему фатерлянду диепродзержинскую сталь. Полиция и жандармы, угрожая оружием, жестоко избивая непокорных, согнали на завод оставшихся в городе рабочих и инженерно-технических работников. Щедрыми обещаниями и жестокими угрозами их хотели заставить работать на «третий рейх». Однако вскоре многие рабочие исчезли. Тогда гитлеровцы создали сторожевую .

 

охрану. Старшиной охранников назначили бывшего кулака и петлюровца Стефчука. Этот гитлеровский прихвостень поспешил развернуть лихорадочную деятельность, выслуживаясь перед новыми хозяевами. Предатель старательно выполнял изуверские приказы гитлеровца Штейна. Он и его помощники издевались над рабочими, избивали их проволочными нагайками. Но ничто не могло сломить стойкость и несгибаемое мужество патриотов-металлургов. Самодовольные немецкие начальники были уверены, что быстрый пуск завода уже обеспечен, но рабочие были на этот счет иного мнения.


С немецкой пунктуальностью по приказу Германа Шмундта были взяты на учет заводское оборудование, имущество, материалы, которые советские люди не успели или не смогли вывезти при эвакуации. Но награбленное не пошло на пользу фирме «Хюттенверке» и кон-церну «Герман Геринг». При всем желании оккупанты не могли использовать его. Из заводских складов то и дело исчезали запасы цветных металлов, резиновые шланги, электропровода, ремни, различный инвентарь, запасные детали.


В воздухонагревателе № 24 шестой доменной печи гитлеровцы устроили заводскую тюрьму, широко объявив, что будут заключать сюда каждого, кто не выполнит дневное производственное '''задание!, или будет саботировать приказы немецкого командования. Но на второй же день после столь широковещательной угрозы несколько рабочих не вышло на работу. По приказу гитлеровца Штейна двух женщин и трех мужчин бросили в воздухо-нагреватель. Вокруг этой тюрьмы выставили усиленную охрану. К ночи поставили дополнительных часовых. И все же утром стало известно, что заключенные бежали. Взбешенный Штейн сорвал злость на Стефчуке, избив его. По цехам рыскали жандармы, полицейские, шпионы, разыскивая беглецов и их сообщников. Но напрасными оказались их усилия. Стефчук резиновым шлангом избивал в караульном помещении своих растяп-охранников, надеясь, что может быть после этого они станут более верными служаками.


Подпольный партийный комитет поручил механику И. Шиманскому и бригадиру В. Становому сорвать восстановление второго мартеновского цеха.


Как зорко ни следили за рабочими гитлеровцы и их холуи, они оказались бессильными остановить деятельность патриотов. Неожиданно разорвалась труба парового крана. Гитлеровцы терялись в догадках, устанавливая причины аварии. Ведь накануне вечером немецкий «шеф» лично наблюдал, ...



« 1 | 2 | 3 »
Опубликовано 19.04.2013

13672 просмотров страниц сайта infodz.com.ua - город Каменское (Днепродзержинск) за November 2019г.