Лесная поляна купается в солнечных лучах. Зеленый ковер расцвечен белыми ромашками. Герой Социалистического Труда Василий Федорович Пильтяй сидит в кругу пионеров, едва успевая отвечать на их многочисленные и порой довольно «каверзные» вопросы.
Любопытством светятся десятки пар детских глаз. Спрашивают:
— Дядя Вася, расскажите о домне!
— А как вы стали Героем?
Вам не страшно, когда льется чугун?.. Каждый раз, когда Василий Федорович идет в гости к пионерам, он на всякий случай освежает в памяти наиболее яркие детали из своей жизни, из жизни кол-лектива двенадцатой печи — детей интересует все, а разве все запомнишь. В таких случаях Василий Федорович обращается к своим записям. Это не дневник. Это просто заметки о некоторых наиболее важных, на его взгляд, событиях. Пожелтевшие от времени листки воскрешают далекое и близкое.
…1951 год. Василий Федорович стоит на берегу Тихого океана и в последний раз всматривается в зелено-ватые волны прибоя. Позади остались годы службы на флоте. Здесь он узнал цену боевого товарищества, всем сердцем почувствовал, что значит — один за всех, все за одного.
Домой! За окном дальневосточного экспресса мелькают леса, поля, реки, города, села. И вот, наконец, Украина. Он дома.
Много красивых городов, живописных сел на нашей прекрасной земле, именуемой Отечеством, и все-таки каждого из нас тянет в родную сторонку. Вот и Василий Федорович решил возвратиться в Днепродзержинск — в город металлургов, где он родился, где прошло его детство, юношеские годы, когда настало время приступать к работе. Куда? Устроился водолазом в речной порт. Чистил дно реки. Учился в десятом классе школы рабочей молодежи и с завистью посматривал на громады доменных печей, которые выстроились шеренгой вдоль Днепра.
После окончания десятилетки решил продолжать учебу. Выдержал вступительные экзамены в металлур-
Хрень Михаил Сергеевич, старший горновой доменного цеха, заслуженный металлург.
Пильтяй Василий Федорович, Герой Социалистического Труда.
гический институт. Его приняли, но с условием, что он будет работать по специальности. И вот Василий Федорович переступил порог кабинета начальника доменного цеха. Не очень веря в благополучный результат, подал заявление.
— Хотите стать доменщиком? — спросил начальник.
— Хочу попробовать, да не знаю, выйдет ли…
— От вас зависит: если очень захотите — выйдет. Только придется, так сказать, все перебрать своими руками. Для начала пойдете работать слесарем.
На следующий день Василий Федорович впервые повесил свой номерок на табельную доску доменного цеха.
Пришлось пройти много «рабочих точек», прежде чем его назначили газовщиком-технологом печи. Это были трудные годы учебы. Иногда Пильтяю казалось, что не выдержит, что взял на себя непосильную ношу. Но на помощь приходили друзья. Они подбадривали, давали советы, учили преодолевать трудности.
Василия Федоровича направили осваивать новую специальность к одному опытному, но заносчивому газовщику, который держал свои производственные «секреты», что называется, под замком. С каким бы вопросом по технологии доменной плавки ни обращался новичок, старик постоянно отвечал: «Поработаешь — узнаешь».
II тогда Василий Пильтяй решил глубоко изучить доменное производство, чтобы знать его не хуже, а лучше этого горделивого «спеца».
Проходят годы в труде, в учебе, и Пильтяй уже хорошо разбирается в законах технологии. Он — газовщик!
…Ночь. Ровно работает агрегат. Приборы показывают нормальный ход печи. Скип за скипом идут в домну шихтовые материалы. Но вот начались перебои в работе засыпного устройства. Василий Федорович с мастером решили прекратить завалку печи, чтобы выяснить причину. Мастер с рабочими идет осматривать оборудование. Проходит несколько минут, и сильный удар сотрясает все вокруг. Над агрегатом вспыхнул огромный столб пламени: оборвались большой и малый конусы.
Василий Федорович остановил печь. Осталось отключить агрегат от газопровода чистого газа. Один из инженеров цеха приказывает не делать этого. Василий Федорович начал сомневаться в своем решении. Может, действительно он нетвердо знает правила остановки печи. в подобных случаях, и выполняет распоряжение инженера. Как позднее выяснилось, это была ошибка. Газ начал идти в печь и загорелся. Сгорело ценное оборудование на колошнике. Произошла авария: вышел из строя дифманометр.
После этого случая Василий Федорович сделал для себя серьезные выводы. Прежде всего, он снова начал изучать до мелочей конструкцию печи, приборов, схемы управления, автоматики. Теперь никакие сомнительные советы не собьют его с толку.
Институт окончен; и Пильтяй получает должность подменного мастера. Подменял мастеров, которые шли в отпуск.
Как-то его направили на новую двенадцатую домну взамен временно отсутствовавшего ведущего мастера. Рабочие встретили так, как обычно встречают незнакомого руководителя: приглядывались, осторожно выявляли его знания, в разговоре придерживались официального тона.
Ребята ему понравились. Старшим горновым был здесь кряжистый спокойный мужчина — Петр Лыгун. Газовщиком работал худощавый сообразительный Юрий Майданник. Подручными горнового, машинистами вагон-весов были молодые рабочие Б. Бурховец, П. Дудник, Г. Недодатко, Н. Кочетков. Работоспособные, жизнерадостные. Машинист вагонвесов Ю. Лантух и слесарь-водопроводчик П. Голяк — люди в годах, с большим производственным опытом.
Работа на печи спорилась. Все шло хорошо. Незаметно в жаркой работе промелькнул месяц. Скоро должен был выйти на работу ведущий мастер. Василий Федорович почувствовал, как тяжело будет расставаться с этим дружным коллективом.
В конце дня его вызвал начальник цеха:
— Говорят, вы прижились на двенадцатой? Василий Федорович ответил, что бригада ему очень
нравится и что он с удовольствием остался бы здесь.
— Ну, вот и прекрасно. Один из мастеров двенадцатой идет на повышение. Оставайтесь в этой бригаде. Желаю успехов.
Пильтяй не пошел, а побежал к печи. Собрал бригаду, сказал:
— Мне предложили быть мастером в вашей бригаде.
Как вы, хлопцы? Если не против, с удовольствием соглашусь.
И он понял, что хлопцы совсем не против. По глазам увидел. А Петр Лыгун ответил за всех:
— Руководи! Подходишь!
Так Василий Федорович стал мастером третьей бригады двенадцатой комсомольско-молодежной печи.
…Ноябрь 1958 года. Солнечный теплый день. Василий Федорович идет по широкому проспекту имени Ленина. Прямая магистраль протянулась туда, к заводу, к Днепру, где высится всем известная скульптура Прометея с факелом в руке. Диктор радио извещает о гигантском развитии народного хозяйства в семилетии.
И вспоминает Василий Федорович те дни. На заводе тогда много говорили о контрольных цифрах семилетки.
Ребята его бригады решили встретиться после работы в красном уголке. С нетерпением ждали конца смены.
Обсуждение было горячим: спорили, отстаивали свои предложения. Но в одном были все уверены: резервы у них есть и надо их полностью использовать, чтобы увеличить выплавку металла за счет усовершенствования производства. Однако, чтобы это сделать, надо его досконально знать. Возник новый вопрос — учеба. В то время в бригаде кое-кто из парней уже учился. Газовщик Май-данник и его подручный Скоробогатов, например, занимались в вечернем металлургическом институте, старший горновой Лыгун — в техникуме. Договорились, что все остальные должны последовать их примеру. Сказано -сделано: одни пошли на курсы при отделе технического обучения, другие — в школы рабочей молодежи.
На одном из собраний Петр Лыгун сказал:
— Давайте, товарищи, обратимся ко всем металлургам с призывом начать соревнование за вклад наших бригад в досрочное выполнение семилетки, в фонд строительства коммунизма.
— И пусть в обязательствах будет сказано не только о сверхплановом металле, но и об учебе и творческом отношении к делу,— прибавил подручный Скоробогатов.
— А о быте? Разве у нас все гладко? А взаимоотношения между бригадами? Не пора ли ликвидировать балльную систему оплаты труда, покончить с такими устаревшими понятиями, как «твое», «мое», «ваше», «наше»? Ведь мы на одной печи работаем!
Когда принимали обязательства, Юрий Майданник предложил:
— Давайте запишем: «Коммунистическое отношение к труду».
По правде сказать, не все сразу согласились с Юрием. Коммунистическое! Не очень ли смело это будет? Как-то необычно звучит! Согласятся ли с ними другие бригады. Но все же решили записать предложение Майданника.
В завкоме комсомола эту идею одобрили. Поддержал и представитель ЦК ВЛКСМ, пребывавший в то время на заводе.
Кто-то из членов завкома порекомендовал переукомплектовать бригаду: подобрать в нее людей только с высшим образованием, с высоким культурным уровнем и т. д. Василий Федорович Пильтяй категорически возразил. Пусть будет так, как есть! Коммунизм строить всем. А в ходе этого строительства мы должны воспитывать и себя, и тех, кто с нами рядом…
О делах бригады заговорили газеты, и вскоре ее коллективу присвоили звание коммунистического. От корреспондентов не было отбоя. В такой обстановке нетрудно и споткнуться. Так случилось вскоре с одним из членов бригады: он совершенно серьезно потребовал, чтобы ему выделили специальную комнату для… приема представителей прессы. Парню, что называется, «вправили мозги», разумеется, объяснили, что он неправ. Согласился. Понял. Теперь он учится в’ вечернем металлургическом институте и когда вспоминает о «специальной комнате» — смеется вместе с товарищами…
Теперь все это одни воспоминания. Многое изменилось на двенадцатой доменной. Выросли люди. В. Ф. Пильтяй закончил институт и стал начальником смены. Защитили дипломы Петр Лыгун и Юрий Майданник. Сейчас они мастера мощных доменных печей. Но дела первой на Украине бригады коммунистического труда незабываемы. Вот краткая летопись этих дел за семилетие.
Раньше чугунную летку открывали с помощью электрического сверла и пневматического молотка. Это была небезопасная, тяжелая работа. Теперь старший горновой Петр Петрович Лыгун стоит рядом с основным желобом
Гладкий Сергей Федорович, горновой доменной печи № 7, Герой Социалистического Труда.
и, когда надо, лишь нажимает кнопку. Машина с дистанционным управлением все делает сама, без помощи человека.
Для набивки шлаковых желобов требуется много огнеупорной глины. Раньше ее доставляли шлаковыми носилками. Теперь вокруг печи проходит монорельс, по которому бегает тельфер, возит глину. Просто и удобно.
В бригаде родилась прекрасная идея: всем работникам овладеть инженерными знаниями по профессии, то есть каждому стать инженером узкой специальности. Пришлось всей бригаде еще упорнее учиться не только в учебных заведениях, но и друг у друга. И здесь стали проводиться беседы на технические темы до работы, во время перерыва, после смены. Теперь все доменщики печи усвоили теоретические основы своих специальностей. Это был качественный сдвиг бригады Василия Пильтяя.
Кто после давнего посещения ныне побывал у них в гостях, сразу же заметит разительные перемены. С электромостового крана литейного двора высвобожден для работы на другом участке машинист. А этим краном могут управлять все — от мастера до водопроводчика.
Через каждые три часа открывается чугунная летка, и поток расплавленного металла направляется к ковшам. Бежит он по основному желобу, от которого отделяются ручьи к каждому из пяти ковшей. С помощью отсечных лопат чугун направляется поочередно то к одному, то к другому ковшу. Так было раньше. Много материала, времени и сил тратили горновые, чтобы подготовить сложную систему русла огненной реки к очередному выпуску. Много чугуна терялось, оставаясь в литейной канаве в виде скрапа.
Долго и настойчиво искали пильтяевцы пути усовершенствования системы выпуска чугуна. Изучили опыт передовых предприятий и, наконец, решили внедрить так называемую одноносковую разливку. Первая проба ее оказалась неудачной: подвижной желоб вышел длинным, имел маленький наклон, а поэтому быстро зарастал чугуном. Очистку приходилось делать вручную, поскольку большая часть желоба находилась за сферой действий электромостового крана, находящегося на литейном дворе. И тогда в бригаде возникла идея: сократить промежуток между железнодорожными линиями. Теперь желоб находится в сфере действий крана.
Как известно, температура дутья — один из основных факторов, определяющих высокопроизводительную, экономичную работу доменной печи. Долгое время не могли поднять ее выше 900 градусов — разрушалась бронь кольцевого воздухопровода в результате расширения футеровки. Во время последнего ремонта решено было осуществить такой способ:,выполнить огнеупорную кладку с температурными швами. Это дало возможность поднять температуру дутья выше 1000 градусов.
Примеру передового коллектива доменщиков, возглавляемого В. Ф. Пильтяем, последовали все другие бригады двенадцатой печи. Над этим агрегатом заполыхало Красное знамя, знак того, что коллективу печи присвоено звание коммунистического. Красное полотнище ясно вырисовывается на фоне неба. Его хорошо видят и портовики, ведущие суда по Днепру, и железнодорожники, и все диепродзержинцы. И не просто видят, а выверяют свой труд по алому полотнищу, реющему над передовой домной прославленной Дзержинки…
Сейчас Василий Федорович сожалеет о том, что в свое время мало записал о «голубой струе», которая играет теперь незаменимую роль в производственной жизни коллектива. Очевидно, тогда не было времени для записей, и он ограничился скупыми заметками: «Начались работы по применению природного газа…»
«Вчера сделали первую попытку применить природный газ и кислород комплексно. Наверное, дела пойдут хорошо…» и т. д.
Эти короткие записи, конечно, поймут немногие, потому что делал их Василий Федорович для себя. А теперь они воскрешают в его памяти яркую картину тех дней.
Было это в начале 1958 года. Его и других мастеров пригласил к себе начальник цеха Анатолий Николаевич Чечуро.
— В содружестве с учеными Академии наук Украины,— сказал он,— мы будем работать над использованием в доменной печи максимального количества природного газа и кислорода. Работа серьезная и связана с большими трудностями. Тем, кто первыми прокладывают дорогу, идут неизведанными путями,— нелегко приходится. Необходимы осторожность, внимание. Нужно хорошо изучить все достижения науки по этому вопросу, чтобы работать не вслепую, а сознательно, творчески.
По дороге домой Василий Федорович зашел в техническую библиотеку, хотел взять что-лнбо из литературы по использованию природного газа в домнах. Ничего не нашел. Об использовании кислорода, лр?вда, кое-что было. И все-таки вычитанное не принесло удовлетворения. Некоторые ученые и инженеры на основании весьма недостаточных исследований утверждали,, что использование кислорода в домнах при выплавке передельного чугуна не дает значительного эффекта. Но ведь на днепродзержинской двенадцатой печи выплавляется именно передельный чугун. Не попробовать ли?
Доменщики восприняли новое задание настороженно. — Как бы шишек себе не набить,— сказал Юра Майданник. Но тут же добавил:
— А вообще интересное дело. Как в сказке: пойдешь налево — неудача, направо — тоже, а прямо пойдешь -черту на рога сядешь! Ну, что же, пойдем посмотрим на этого «черта». Не так уж он страшен, как его малюют!
И работа началась по-новому. За несколько дней монтажники подвели к печи газопроввд, опоясав им . домну. От газопровода по гибким шлангам газ подавался к двустенным соплам, а через них шел в печь.
Первая попытка в одном отношении была неудачной. Заметного повышения производительности агрегата за счет использования природного газа пока не наблюдалось. А вот затраты кокса значительно снизились. При вдувании в печь 100 кубических метров газа на тонну чугуна было сэкономлено приблизительно 100 килограммов кокса (также на тонну чугуна). Но ведь это уже победа. Она окрылила бригаду. Каждый гордился тем, что принимал участие в поисках новой технологии. Радостно было сознавать, что труд увенчался успехом: 100 килограммов на тонну чугуна — не мало. Приблизительно на 50 миллионов тонн чугуна — 5 миллионов тонн кокса, то есть сотни миллионов рублей экономии!
Чтобы поддержать ровный ход печи при использовании природного газа, пришлось повысить температуру дутья на 50—70 градусов. Была пересмотрена также схема влажности дутья. Раньше использовалось дутье постоянной влажности. Влага разлагалась в печи на кислород и водород, вследствие чего быстрее шли восстановительные реакции. Технологический процесс интенсифицировался. Теперь же влага стала своеобразным врагом. Каждый ее грамм на кубический метр дутья снижал его температуру на 9 градусов. Метан, которого в природном газе почти 95 процентов, давал достаточное количество водорода, выполняющего роль восстановителя. А физически холодный газ требовал повышения температуры дутья. Теперь бригада Пильтяя использует влагу дутья только в исключительных случаях, как регулятор хода печи.
Начав использовать кислород, доменщики натолкнулись на ряд неожиданных преград.
«21 июля 1958 года. Вместе с природным газом в печь начали подавать дутье, обогащенное кислородом. Все время выносит фурмы. Сегодня из печи выбросило несколько тонн кокса. Очень устали, но не сдаемся!..»
Это из заметок. Пильтяй вновь и вновь вспоминает те дни. Положение действительно было критическим. Стоило, например, дать печи малый ход, как сопла и фурменные колена сразу же выходили из строя — горели. Это объясняется тем, что с уменьшением хода печи снижалось общее количество дутья, а содержание кислорода сравнительно повышалось. Таким образом, кислород был врагом, сжигавшим все на своем пути, ибо в тракте горячего дутья были неплотности и продувы.
Теперь-то все ясно. Прежде чем «снять» дутье, нужно отключить кислород. Очень просто! Но путь к этому «простому» был длинным и тяжелым.
Когда технические вопросы подачи кислорода в печь были разрешены, начались технические исследования в более спокойной обстановке. Каждый день убеждал в эффективности новой технологии. «Голубая струя» кислорода на глазах оживляла домну: ей было легче «дышать», резко увеличивалась выплавка чугуна, печь шла более форсированным ходом.
В результате вдувания природного газа, обогащенного кислородом до 25 процентов, продуктивность печи повысилась почти на 10 процентов, экономия кокса достигла 20 процентов. Температура горна при вдувании природного газа снижается. Поэтому для ее поддержания на оптимальном уровне необходимо повышать температуру горячего дутья или же обогащать дутье кислородом. Ныне вдуванием природного газа и кислорода снижают концентрацию азота и повышают концентрацию окиси углерода и особенно водорода в доменном газе.
А это увеличивает его восстановительную способность/ и значит благоприятствует интенсификации технологического процесса…
В нашей стране, впервые в мировой практике доменного производства, используется природный газ в массовых масштабах. Исследования проводились на нескольких заводах одновременно.
Использование газа на доменных печах страны даст возможность сэкономить больше семи миллионов тонн кокса. Это равно годовой производительности нескольких коксохимических заводов.
Проплавлять как можно больше руды в смену, чтобы дать больше чугуна,— главное в работе доменщиков. Для этого, как уже отмечалось, нужно обязательно обеспечить ровный ход печи. Если раньше, да и сейчас на некоторых заводах ход домны в основном регулировался сменой температурного и дутьевого режимов, то сейчас от этого категорически отказались. Ход печи регулируется количеством влаги в дутье, коксовой колошей и, в отдельных случаях,— сменой системы загрузки. Но лучше всего строго придерживаться постоянства основных технологических параметров: температуры дутья, его количества, определенной системы загрузки материалов.
Интенсификация технологического процесса с помощью природного газа и кислорода заставила усовершенствовать операции по уходу за чугунной и шлаковой летками, подготовку разливочных канав и разливку металла в ковши.
Выпуск чугуна! Сколько раз Василий Федорович ни наблюдал эту чудесную картину — она всегда волновала его своим могуществом: река расплавленного металла вырывается из летки, тяжело сбегает по подготовленному ей руслу. А над ней — огненная метель. Сердце-радуется…
Цеху универсальною железа Дзержинки тоже присвоено звание коммунистического. А было время, когда он отставал. Партийная организация возглавила соревнование за коммунистический труд.
— Перед каждым коммунистом,— рассказывает секретарь партийного бюро В. Моргун,— было поставлено задание: собственным примером звать людей на борьбу за высокопроизводительный труд, изучать и распространять передовой опыт.
В цехе были отстающие производственные участки, тормозившие общее движение вперед: нагревательные печи и склад слябов. Здесь количество огневырубщиков было увеличено за счет сокращения штата на других участках. Это дало возможность без задержек подавать заготовки в нагревательные печи. Сырье получило «зеленую улицу». Но на нагревательных печах еще не могли воспользоваться достижением огневырубщиков. Производительность труда оставалась низкой. Требовалось построить еще одну печь, но для этого нужны были средства и время.
Коллектив настойчиво искал другой выход. Сварщики тт. Навальный и Шеремет добились наилучшего соотношения воздуха и топлива. Температура в печи повысилась. Передовые сварщики начали равномерно распределять заготовки на подине, увеличивать нагрузку на лобовых горелках печи. И печи начали работать лучше. Теперь заготовки быстрее продвигались по рольгангам к стану.
— Эй, на стане! — кричали сварщики.— Набирай темпы!
И операторы приняли вызов. Работа пошла живее. Производство проката в горячий час увеличилось.
С ценной инициативой выступил оператор Василий Кравец. Он впервые в цехе начал вести прокатку «на минус», то есть с наименьшими допусками. Тов. Кравец использовал качественные валки, точно регулировал стан перед работой. Оказалось, что прокатка «на минус» дает большую экономию металла. Партбюро цеха, а потом и партком завода одобрили и распространили среди всех прокатчиков опыт работы тов. Кравца. За три года семилетки его бригада сэкономила тысячи тонн металла. Когда цех увеличил выпуск проката, на повестке дня во весь рост стал вопрос о качестве продукции. Большую разъяснительную работу провела партийная организация. Прокатчики были ознакомлены с государственными стандартами, каждый глубоко изучил технологические инструкции, особенности металла, причины, вследствие которых выходит прокат второго сорта.
Немалая заслуга в том, что цех универсального железа вышел в ряды передовых, принадлежит рационализаторам. Внедрение их предложений дало возможность повысить продуктивность стана, уменьшить его простои, увеличить сроки службы деталей.
Старший вальцовщик коммунист Григорий Ковтун за счет узлового метода уменьшил перевалку валков на один час, что позволило производить дополнительно 70 тони проката. Руководитель бригады разметки Лидия Козлова вместе с товарищами по труду разработала метод рационального раскроя листов: одновременно по двум заказам. Это уменьшило количество отходов, сберегло много металла.
Как и доменщики, универсалыцики упорно учились в различных учебных заведениях, на курсах повышения квалификации, а также в кружках политического просвещения, успешно совмещая работу на производстве с учебой.
Один за всех, все за одного! — девиз цеха коммунистического труда. И это касается не только производ-ственных дел. Коллектив следит за тем, чтобы все его члены свято придерживались принципов морального кодекса строителя коммунизма.
Агитаторы, пропагандисты в своих беседах, на занятиях в кружках сети политического просвещения стремятся помочь каждому работнику цеха занять место в первых рядах строителей коммунизма, активных борцов за претворение в жизнь решений XXIII съезда КПСС.
Особенно внимательно работают здесь с молодежью. Всех новичков знакомят с традициями коллектива и опытом новаторов производства.
Много внимания уделяет парторганизация универсального цеха индивидуальной работе с людьми, которая осуществляется по плану. Его выполнение контролирует партийное бюро. Руководители цеха, бригад и участков регулярно посещают работников и членов их семей на дому, изучая их запросы, интересы и бытовые условия. Все это положительно сказывается на воспитании людей в духе коммунистического отношения к труду.